Новости и обзоры событий культурного Белгорода

«…душа – изысканный пейзаж…»

14 декабря на концерт музыки французских композиторов рубежа XIX–XX вв. в Большой зал Белгородской филармонии пришла и доброжелательно-заинтересованная, и подготовленная публика. Публика, которая предвкушала удовольствие от живого общения (увы! – нечастого) со знаменитыми шедеврами К. Дебюсси, М. Равеля, Ф. Пуленка, удовольствие от погружения в атмосферу французской художественной культуры «fin de siecle» (конца XIX века).

Шестерых исполнителей, создателей вечера, хочется назвать, в современном вкусе, «командой» – настолько каждый музыкант выступал не столько сам по себе, а прекрасно выполняя свою роль в общем, тщательно выстроенном композиционном построении концерта.

Пианистки – заслуженный работник культуры РФ Ирина Соколова и лауреат международных конкурсов Алина Кузнецова – выступали и как солистки с исполнением труднейших виртуозных пьес импрессионистического репертуара ( А. Кузнецова – «Ундина» Равеля, И. Соколова – 1-я серия «Образов» Дебюсси), и совместно в фортепианном однорояльном дуэте (Дебюсси – Маленькая сюита, Пуленк – Соната в 4 руки), и как концертмейстеры.

Последнее затрагивает один очень важный аспект этого репертуара – то, что многие жемчужины фортепианного импрессионизма продолжают жить в виде различных новаторских переложений.

Кларнет (лауреат международного конкурса Александр Баневич, ф-но Ирина Соколова) пел мелодию «Паваны» Равеля. Очень выразительно звучали виолончель дипломанта международного конкурса Сергея Вакуленко (ф-но А. Кузнецова) в пьесах Равеля и Дебюсси и скрипка лауреата международного конкурса Светланы Сергеевой (ф-но Ирина Соколова) в «Более чем медленном вальсе» Дебюсси.

И, наконец, более чем просто служебно-вспомогательную роль играла ведущая – музыковед Олеся Фиалко, которая была то актрисой-чтицей (стихотворение А. Бертрана «Ундина» из цикла «Ночной Гаспар»), то точным и тонким гидом-комментатором. Её чтнеие стихов дополнял мужской голос за сценой (артист БГФ Иван Сухоруков), так что «Valse tres plus lente» начался немного необычно, в виде мелодекламации.

Очень верная, и, по существу, историчная мысль поместить эту музыку в атмосферу современной ей поэзии и живописи (весь концерт сопровождался видеорядом полотен французских художников-импрессионистов) была реализована едва ли не впервые и весьма успешно. И хотя в Белгороде нет Музея изобразительных искусств им. Пушкина, но предпосылки для белгородского аналога «Декабрьских вечеров», похоже, намечаются.

Эстетические особенности музыкального импрессионизма определяются двумя научными понятиями общей психологии и психологии художественного творчества: суггестивностью и синестезией. Суггестивность означает способность воспринимающего сознания поддаваться внушениям, род рационального осознаваемого гипноза. Синестезия подразумевает расширение выразительных средств одного вида искусства до границ другого, их взаимодействие и взаимовлияние. Выявление и показ этих свойств музыкального импрессионизма в концерте представляется главным и очень ценным его достоинством.

В литературно-музыкально-живописной панораме вечера, названного «Отражения», выделялся один крупный музыкальный «блок» (фортепианный цикл «Образы» 1 серия в исполнении И. Соколовой) и второй, поменьше (три прелюдии Дебюсси из 1-й тетради в исполнении А. Кузнецовой).

Тщательную прорисовку деталей в небольших прелюдиях и размах крупномасштабных пьес «Образов» («Отражения в воде», «Посвящение Рамо», «Движение») объединяло то, что составляет главную трудность импрессионистического пианизма: тонко нюансированный звук; прекрасное владение движением, особенно в умеренных и медленных темпах; умение передавать многоплановую звуковую перспективу в многоголосной фактуре импрессионистических пьес.

Если у Алины Кузнецовой особенно удачно прозвучал один из самых сложных дебюссистских «пейзажей для ушей» – прелюдия «Шаги на снегу», то слушать «Образы» в исполнении Ирины Соколовой было исключительно интересно в силу живой одухотворенности каждого музыкального мгновения, и, вместе с тем, целостного владения формой.

Знаменитая пьеса «Лунный свет» (3-я часть «Бергамасской сюиты»), исполненная И. Соколовой – непревзойдённый по своей поэтической тонкости шедевр синестезии, навеянный одноименным стихотворением Поля Верлена из цикла «Галантные празднества».

Вспоминая замечательный вечер, трудно отказаться от удовольствия процитировать стихотворение П. Верлена

У вас душа – изысканный пейзаж,
Где пляшут маски, вьются бергамаски,
Бренча на лютнях и шутя, - глаза ж
У всех печальны сквозь прорезы маски.

И, воспевая на минорный тон
Восторг любви, сердцам любезный юным,
Никто на самом деле не влюблен,
И песня их слита с сияньем лунным,

С печальным, нежным, что мечтать зовет
В широких кронах соловьев несмелых
И сладко плакать учит водомет,
Меж мраморов колеблющийся белых.